Широко обсуждающийся в последние несколько дней в социальных сетях и СМИ инцидент на строительной площадке «Абу-Даби Плаза» в Астане, где потасовка между индийскими рабочими и казахстанскими охранниками едва не переросла в массовые беспорядки, привычно интерпретируется как проявление социального протеста. Дескать, у казахстанского пролетариата накипело: почему на стройке трудятся иностранные рабочие, в то время как у своих нет работы, почему иностранцам платят больше, чем местным и т.д.

Вместе с тем у этого инцидента есть и другая сторона – примечательно, что и соцсети, и толпу, стихийно собравшуюся возле стройплощадки, мобилизовали неполиткорректный лозунг «Наших бьют» и призывы устроить погромы «обнаглевшим иностранцам». Неужели власти пропустили тот момент, когда ксенофобия и бытовой национализм стали достаточно действенным инструментом мобилизации казахстанского общества?

Впрочем, эксперты в сфере массовых коммуникаций, изучения современного казахстанского общества и политических процессов в Казахстане, с которыми мы побеседовали, практически едины во мнении, что в данном случае заурядный бытовой конфликт «обогатился» коннотациями «протестности» и «ксенофобии» главным образом благодаря интенсивной медийной накачке в социальных сетях и СМИ.

 

Типичный молодежный протест

Член Совета по устойчивому развитию Астаны и Астанинской агломерации Ержан Багдатов считает, что главная причина инцидента в «Абу-Даби Плаза» находится в плоскости коммуникаций.

«Думаю, что причина в недостатке информации, в волне слухов, что иностранные рабочие получают в пять раз больше, что казахстанских рабочих притесняют. Эти слухи, распространяемые несведущими людьми, в маргинальной среде расходятся очень быстро. Это очень простое деление на «своих» и «чужих». Если «свой», то он обязательно притесняемый, если «чужой», то ему покровительствуют, он зарабатывает больше. Из-за этой недосказанности, из-за того, что многие люди живут в информационном вакууме, и возникают трения. Никто не разъясняет, что «Абу-Даби Плаза» строится на деньги иностранных инвесторов, что в проект не вложен ни один тиын государственных средств. И если подрядчик из соображений экономии предпочитает нанимать иностранную рабочую силу, то это вовсе не говорит о национализме, о притеснении казахстанских граждан. Насколько я знаю, на объекте трудится очень много квалифицированных высокооплачиваемых специалистов из Казахстана», - поясняет Багдатов.

Эксперт считает, что события 2 сентября можно отнести к категории молодежных протестов.

«Если проанализировать эти события с социальной точки зрения, то здесь в большей степени мы видим выброс адреналина у молодежи, ее недовольство собственным материальным и социальным положением. Кто-то недоволен размеров заработной платы, кто-то не имеют достаточную квалификацию для того, чтобы получить высокооплачиваемую работу, кто-то не может приобрести квартиру. При этом они видят реалии столичного левобережья, видят расслоение общества на богатых и бедных, и им кажется, что эта несправедливость касается персонально их», - объясняет природу подобных протестов Багдатов.

 

Технологии управляемого протеста

Директор Исследовательского Агенства «DAMU Research Group» Тимур Айсаутов уверен, что квалифицировать инцидент на «Абу-Даби Плаза» как проявление ксенофобии или бытового национализма поспешно и необоснованно.

«Не думаю, что произошедшее – это акт ксенофобии и проявление межнационального или межконфессионального конфликта. Скорее, имел место рядовой бытовой конфликт между гражданами Казахстана и иностранными рабочими. Речь все-таки не шла о столкновении казахов и индусов. Мы даже не знаем, были ли это индусы, пакистанцы или бангладешцы. Тем более, мы не знаем, были ли это индуисты или мусульмане, которые также в огромном количестве проживают в Индии. Наверное, гораздо более целесообразно в связи с этим конфликтом говорить о социально-экономическом положении казахстанских работников, о защите трудовых интересов нашего населения, но никак не о ксенофобии, которая как раз таки мало характерна для казахстанского общества», - подчеркивает Айсаутов.

Иное дело, что за призывами к погромам, прозвучавшим в социальных сетях, и появлением в толпе зевак людей с казахстанским флагом, можно усмотреть манипулятивные технологии управляемой дестабилизации.

«В технологиях революций, митингов, протестов и беспорядков зачастую триггером, спусковым механизмом может быть явление совсем другого порядка. Однако затем эти события раскучивается людьми с деструктивными целями и задачами. Что мы имеем в данном случае? Произошел бытовой конфликт граждан Казахстана с иностранцами, в деталях которого должны разобраться, прежде всего, правоохранительные органы. Действительно ли были правы казахстанские охранники, не выпускавшие с территории городка рабочих в пьяном виде? Или индусы вели себя агрессивно? Суть конфликта должны разъяснить правоохранительные органы», - поясняет Айсаутов.

Комментируя эффект, который инцидент в «Абу-Даби Плаза» получил в социальных сетях, эксперт обратил внимание на то, что национальный вопрос в казахстанском обществе относится к легковоспламеняющимся темам:

«Наше общество, которое находится сегодня на этапе национального строительства, поиска национальной идеологии, подверженное колебаниям между проявлениями с одной стороны крайнего национализма, с другой – космополитизма, очень болезненно реагирует на события, связанные с национальным вопросом. Это взрывоопасная тема, которая может, как минимум, вызвать ажиотаж в социальных сетях и более того – вывести людей на митинги. Достаточно одной искры, чтобы молодежь и люди с неустоявшимися взглядами повелись на призывы. Полагаю, что в долгосрочном плане – это обширное поле работы для ведомств, ответственных за формирование идеологии и ценностных общественных установок. А с точки зрения оперативного реагирования, думаю, акимат, МВД и Министерство информации выдали достаточно оперативную и взвешенную оценку происходящему и сделали все необходимое для локализации конфликта», - считает Айсаутов.

Эксперт отмечает, что очень важно в этой ситуации было направить общественное мнение в конструктивное русло:

«Важно, чтобы лидеры мнений в соцсетях, трендсеттеры не формировали ложные потоки информации, не влияли на общественное мнение в ложном направлении, не писали о том, что «наших бьют», чтобы в соцсетях не звучали призывы к межрелигиозной и межнациональной вражде. Хорошо еще, что участниками конфликта стали иностранцы. А если бы произошел внутренний межнациональный конфликт? Тогда последствия инцидента могли бы приобрести разрушительный масштаб. Поэтому так важна была оперативная реакция государственных органов и мы ее, по сути, получили», - резюмирует Айсаутов.

 

Казахская молодежь готова мобилизоваться под лозунгами «наших бьют», «мы здесь хозяева»

Ведущий эксперт Института мировой экономики и политики при Фонде Первого Президента РК – Елбасы Уразгали Сельтеев обращает внимание на то, что накачивание инцидента протестным и националистическим содержанием произошло именно в информационном поле:

«Изначально здесь нет ни протестной, ни этнической подоплеки. К сожалению, из-за поспешных интерпретаций и безответственных комментариев некоторых экспертов, блогеров и журналистов это происшествие стало муссироваться именно с этих позиций. Примитивно были использованы известные штампы. Вот только теперь после всех разбирательств и следственных мероприятий можно сделать определенные выводы. Это исключительно внутренний конфликт данной компании, в основе которого хулиганские действия, нарушения контрольно-пропускного режима, переросшие в массовую драку с ответным продолжением», - объясняет эксперт.

Сельтеев отмечает, что на объекте «Абу-Даби Плаза» не наблюдалось группового противостояния между индийскими и казахстанскими сотрудниками, как это было, к примеру, на «Тенгизе» в Атырауской области в 2006 году, когда мелкая стычка вылилась в массовую драку между турецкими и казахскими рабочими. В данном случае, недовольства по поводу преимуществ иностранных рабочих в части трудоустройства и высоких зарплат фактически не было, подчеркивает эксперт. Сельтеев резонно указывает на то, что обычно отечественные рабочие о своих требованиях и претензиях заявляют открыто, выходя на забастовки и акции протеста. Такие события периодически фиксируются на нефтяных предприятиях Западного Казахстана, где работает большое количество китайцев.

«Вообще надо понимать, что в кадровых вопросах любая компания исходит из финансово-экономической целесообразности, оптимизации издержек. Более того, Индия является крупнейшим в мире поставщиком дешевой рабочей силы. Уровень зарплат в этой стране гораздо ниже, чем в Казахстане. Поэтому не факт, что эти индийские рабочие имеют более высокие оклады», - комментирует политолог.

Сельтеев обращает особое внимание на то, что арестованные граждане РК оказались сторонними наблюдателями, агрессия и возмущение которых были подогреты информацией о том, что пострадал кто-то из казахов в драке с индийцами.

«Толпа организовалась по принципу «наших бьют». Поэтому ксенофобия здесь, скорее, имеет второстепенный характер. Общеизвестно, что в экстремальных ситуациях при объединении люди склонны акцентировать внимание на групповых признаках: региональных, родовых, национальных, религиозных. Это крепкая сплачивающая основа. Тем более, когда противная сторона уже имеет определенную общую идентичность», - говорит Сельтеев.

В связи с этим политолог обращает внимание на следующие ключевые моменты.

«Во-первых, данное происшествие стало индикатором готовности казахской молодежи очень быстро мобилизоваться под лозунгами «наших бьют», «мы здесь хозяева» и т.д. Это тревожный сигнал того, насколько просто использовать молодежь в деструктивных политических целях при организации заранее спланированных акций протеста. То есть достаточно легко ввести в заблуждение толпу и направить на баррикады, сконструировав образ врага в национальной плоскости, а также по общей линии «свой-чужой», - подчеркивает эксперт.

Второе, на чем делает акцент политолог, это проблемы внутренних мигрантов.

«Речь идет о так называемых маргинально-мигрантских слоях. В основном, это молодежь, которая в поисках более лучшего заработка перемещается из сельской местности в мегаполисы. Расселяется преимущественно в пригородных территориях, дачных массивах. Находясь в урбанизированной среде, понимая разницу в качестве жизни, эти молодые люди имеют обостренное чувство социальной справедливости, ненавистническое и завистливое отношение к более состоятельным гражданам. Такое состояние граничит с переходом черты закона в каких-то действиях. Поэтому такая группа людей часто является движущей силой различных протестных акций. Очевидно, что все это является пробелами в области молодежной, социальной политики, занятости, регулирования внутренних миграционных процессов» - резюмирует Сельтеев.

 

Что же, какими бы не были оргвыводы после инцидента в «Абу-Даби Плаза», какие бы акценты не расставлялись комментаторами и публицистами, радикальные лозунги, прозвучавшие в контексте этого инцидента и в толпе, и в соцсетях, служит тревожным предупреждением: для современного казахстанского общества любая накачка идеологии национализма, даже под благим предлогом поиска идентичности и национальной идеи, чревата непредсказуемыми последствиями. Ведь вместо высокой духовности и патриотизма можно выпустить наружу пещерные инстинкты, загнать которые назад будет крайне сложно.

Жанар Тулиндинова (Астана)

Поделиться: