Еще одним важным участником процесса урегулирования карабахского конфликта является Европейский Союз. Напомним, что 20 мая 2010 года Европейский Парламент принял резолюцию о необходимости формирования эффективной стратегии ЕС на Южном Кавказе, в рамках которой официальный Брюссель должен занять более активную позицию в решении региональных вопросов (включая карабахский конфликт) при помощи методов “сочетания строгого подхода и мягкой силы”. Кроме того, в документе отмечалось, что сохранение существующего в региональных конфликтах “status quo” неприемлемо и является основой нестабильности. 

Сразу же бросается в глаза тенденция к «обобщению» и «укрупнению» - при всех различиях ситуации вокруг абхазского, южноосетинского и карабахского конфликтов, тема армяно-азербайджанского противостояния была прописана по категории «наследие советского прошлого», а при общей склонности евробюрократов к унификации было понятно, что и методы «лечения» не будут сильно учитывать внутреннюю специфику карабахской проблемы.

Важный нюанс заключался еще и в том, что ЕС изначально был намерен решать вопросы урегулирования конфликтов в максимально широком формате, оставив непосредственные механизмы урегулирования в Нагорном Карабахе представителям Минской группы. Однако такое «разделение нагрузки» в плане имиджевых и прочих рисков оказалось крайне условным. 

Тем более, что за прошедшие семь лет, оставив в стороне ситуацию с посредниками из Минской группы, ЕС так и не смог продемонстрировать более высокую эффективность свих миротворческих усилий в сравнение с Москвой и Вашингтоном.

Это обстоятельство бросается в глаза при обращении к июньскому заявлению Брюсселя, обеспокоенного очередным обострением в зоне конфликта: «Президенты Армении и Азербайджана многократно заявляли о своей приверженности соблюдению режима прекращения огня и мирному урегулированию конфликта. Европейский союз ожидает ослабления напряженности и проявления сдержанности как на словах, так и на деле.

Евросоюз выражает свою полную поддержку усилиям сопредседателей Минской группы ОБСЕ и присоединяется к их призыву от 19 июня, в котором те призывают стороны немедленно обсудить меры по снижению напряженности в зоне конфликта, а также вдоль границы Армении и Азербайджана, и вновь вовлечься в содержательные переговоры, проявляя необходимые добросовестность и политическую волю».

А дальше – как раз про невозможность сохранения статус-кво. Круг замкнулся.

Особенностью стратегии ЕС на карабахском направлении всегда являлась ставка на мягкую силу и гуманитарный диалог. Армянский общественник Карен Бекарян перечисляет структуры, которые еще с середины 90-х годов пытались работать на карабахском направлении в рамках общественной дипломатии. Список впечатляет: британская НПО “International Alert”, фонд Фридриха Эберта, Фонд Белля, международная организация “Article 19”, Межцерковный Совет мира, IKV Pax Christy, ICCO, Press Now, YMCA, “Открытое общество”, Pax Christi, CARE.

Однако сформировать постоянно действующие механизмы общественного диалога «высокой степени плотности» так и не получилось. И виноваты в этом вовсе не Путин, Обама или Эрдоган. 

В 2013 году при поддержке ЕС, упомянутая нами выше "International Alert" выпустила доклад, анализирующий причины провала мирных переговоров по Карабаху и предлагающий пути выхода из тупика.

По мнению британских экспертов, причина провала переговоров заключается в том, что они велись между правящими элитами, и население не могло участвовать в них. А руководству враждующих сторон "конфликт приносит больше выгоды, чем мир, так как они научились извлекать из него политические дивиденды".

Любопытен предлагаемый вариант достижения поставленной цели – к мирному регулированию надо подключить представителей диаспор, местной администрации, деятелей культуры, науки и образования. Необходимо вовлечь в процесс молодое поколение. Молодежь имеет мало опыта общения с противоположной стороной конфликта и из-за этого имеет однобокое представление о ней. Особенно важно наладить человеческие контакты между журналистами обеих стран, чтобы предотвратить эскалацию конфликта.

Очевидная «маниловщина», которая сквозит в каждой строке документа вполне объяснима и простительна для британцев. Перед ними стояла задача определения «идеальных параметров модели», как и кто будет «таскать рояль» должны были определить совсем другие люди. К примеру, в формате программы «Восточного партнерства».

Продолжение следует

Андрей Карпов 

Поделиться: