На днях был опубликован текст всеобъемлющего и расширенного соглашения между Арменией и Европейским союзом. Содержащееся в соглашении обязательство Армении закрыть единственную в регионе Мецаморскую АЭС вызвало серьезный резонанс в армянском обществе.

Подобная реакция была ожидаема, учитывая стратегическое значение АЭС для армянской энергетики – она производит около 40% электроэнергии в Армении. Причем производимая ею электроэнергия самая дешевая.

К тому же в общественной памяти свежи воспоминания о тяжелейшем энергетическом кризисе в Армении в начале 90-х из-за закрытия АЭС после Спитакского землетрясения. И что долгие годы главными лоббистами закрытия АЭС были Азербайджан и Турция, с которыми у Армении довольно напряженные отношения. 

Министерские объяснения

Еще большее внимание к данному вопросу привлекло заявление министра юстиции Давида Арутюняна, который в беседе с журналистами не исключил, что армянские власти могут отказаться от строительства новой АЭС. 

«У нас будет новая атомная электростанция, если она в ценовом и в тарифном плане будет эффективной. На миг представьте себе, что завтра выяснится, что современные технологии позволяют получить такое же количество энергии, но без атомной электростанции, и, из-за атомной электростанции, которая в данный момент существует на рынке, наша энергия будет намного дороже для потребителей. По какому пути мы должны идти? Несомненно, по пути современных технологий», -  такой ответ дал Арутюнян на вопрос журналистов.

При этом надо заметить, что Арутюнян стал первым высокопоставленным чиновником, который прямо заявил о том, что новая АЭС может быть и не построена, несмотря на то, что данный вопрос не входит в компетенцию его министерства. В этой связи надо отметить, что все последнее десятилетие другие члены правительства, премьер-министры и президент Серж Саргсян уверенно заявляли, что новая АЭС будет построена, каждый год переносив сроки ее строительства.

Только спустя несколько дней министр энергетических инфраструктур и природных ресурсов Армении Ашот Манукян прокомментировал и текст соглашения с ЕС, и заявление своего коллеги. Он подчеркнул, что в тексте соглашения с ЕС нет речи о закрытии АЭС, а лишь затрагивается вопрос демонтажа действующего энергоблока станции.

Манукян также заявил, что новая АЭС должна быть построена. «Другой вопрос, сколько мегаватт составит ее мощность, и по какой технологии мы будем ее строить. Ответы на оба вопроса мы дадим в течение ближайших двух лет – по двум причинам. Первая причина: в ближайшие два года мы получим окончательный ответ, научно обоснованный и утвержденный со стороны наших партнеров, экспертов МАГАТЭ, о том, сколько еще времени мы можем эксплуатировать действующую станцию. И вторая - в течение двух лет мы получим результаты испытаний малых модельных реакторов и поймем, какие новые технологии есть в мире – окончательно, научно утвержденные, по которым мы можем построить атомную электростанцию», - отметил министр.  

Плюсы и минусы

При этом надо отметить, что не все эксперты были так позитивно настроены в отношении соглашения с ЕС по части АЭС, как министр энергетики. Так, ведущий аналитик фонда «Нораванк», национальный эксперт ООН по энергетике к.т.н. Ара Марджанян в беседе с Пресс-клубом «Содружество» отметил несколько минусов соглашения с ЕС.

«Во-первых, в том, что приведенные формулировки договора размывают ответственность МАГАТЭ - единственной и профессиональной международной организации, вот уже не одно десятилетие вплотную занимающаяся Армянской АЭС. После и в случае подписания договора, в вопросе Армянской АЭС, а, следовательно, и в вопросе по выбору технологии нового блока ААЭС, к МАГАТЭ присоединятся Евроатом и его 28 участников. Ситуация тут тревожным образом напоминает попытки размыть мандат Минской группы по урегулированию или попытки размыть мандат МАГАТЭ как единственной профессиональной организации, мониторящей выполнение соглашений по иранскому атомному проекту», - заявил он.

Марджанян добавил, что после подписания договора в существующем формате, европейские страны, тесно связанные с США, Турцией, Азербайджаном, и имеющие напряженные отношения с Россией, могут эффективно (и законно) заблокировать использование любой российской атомной технологии при строительстве нового блока Армянской АЭС.

«Включая знакомую армянским специалистам технологию реакторов типа ВВЭР (модифицированных), которые на сегодняшний день, да и в обозримой перспективе являются наиболее надежными, эффективными, а главное конкурентоспособными в атомной энергетике. Особенно после катастрофы на АЭС «Фукусима» в Японии, нанесшей тяжелейший удар и поставивший на грань банкротства компании «Дженерал Электрик» и «Хитачи», - заметил он.

Среди плюсов соглашения Марджанян выделил готовность ЕС помочь в деле вывода из эксплуатации 2-го энергоблока Мецаморской АЭС. «Эта задача важна и является одной из первоочередных для правительства Армении. Причем, в договоре признается факт «специфики» Армении. Такую формулировку можно трактовать по-разному: и как «сейсмичную опасность» площадки АЭС, и, например, как фактор «энергетической безопасности» страны, лишенной собственных углеводородных ресурсов и зависящей от поставок первичных энергоносителей.

Во-вторых, что важно, признается необходимость «в замещающей Армянскую АЭС мощности, способной обеспечить энергетическую безопасность и устойчивое развитие республики», - отметил эксперт.

Потеря энергоизбыточности

В свою очередь, эксперт по энергетике Ваге Давтян отметил, что вопрос консервации действующего блока Армянской АЭС далеко не нов. «Еще с конца 90-х годов Евросоюз периодически выступал с заявлениями, в которых призывал армянскую сторону начать процесс консервации, предлагая при этом некоторые программные решения, например, в рамках программы TACIS. И включение вопроса в рамочное соглашение лишь создало некоторый информационный повод - не более, а сам вопрос имеет глубокие корни.

К сожалению, никаких реальных плюсов от закрытия блока я пока предвидеть не могу, так как в энергосистеме Армении атомная электростанция традиционно является системообразующим объектом, что особенно актуально с учетом выхода армянской электроэнергии на внешние рынки. Экспортоориентированность армянской энергосистемы, кстати, является тем базовым вопросом, вне контекста которого нельзя рассматривать будущее Армянской АЭС.

Сегодня мы интегрируемся в электроэнергетический коридор Север-Юг, что диктует нам необходимость поиска путей генерации электроэнергии с низкой себестоимостью. Иначе мы будем просто неинтересны внешнему рынку. С учетом возрастающего кредитного бремени, тормозящего развитие армянской энергосистемы и заведомо предопределяющего высокую себестоимость производимой электроэнергии, в будущем нам будет крайне сложно конкурировать на внешних рынках. АЭС - это та инфраструктура, которая сегодня в состоянии обеспечивать сравнительно дешевую электроэнергию, особенно принимая во внимание падение цен на обогащенный уран в последние годы», - заявил Давтян Пресс-клубу «Содружество».

Эксперт также подчеркнул, что геополитическая составляющая вопроса сводится к тому, что АЭС значительно повышает уровень энергетической независимости страны, и руководствоваться в вопросах ядерной энергетики исключительно бизнес-логикой опасно и недальновидно.

Давтян отметил, что на протяжении многих лет говорилось о необходимости строительства нового блока АЭС мощностью 1200 МВт, дальше начал обсуждаться вариант с 1000 МВт. «На данном этапе, характеризующимся некоторой внятностью, стоимость строительства нового блока оценивалась от 5 до 7 млрд долларов. Затем, начиная с 2015 г., правительство начало сомневаться в необходимости таких мощностей, и это понятно, ибо внутренний рынок мал, а экспортные возможности пока ограничены. Так начали говорить о строительстве блока со средней мощностью - 500-600 МВт. Сегодня же власти говорят о возможном строительстве блока мощностью 50-100 МВт, и то, если будет экономически целесообразно», - сказал он. 

При этом эксперт заметил, что даже строительство блока с малой мощностью лишит армянскую энергосистему ее главной козырной карты - энергоизбыточности, без которой говорить об экспорте электроэнергии просто не приходится. «Региональная геополитическая конъюнктура может измениться в любой момент, и мы должны быть готовы к этому. Помните, кстати, какое соглашение было подписана между Арменией и Турцией в самой активной фазе «футбольной дипломатии»? Соглашение о поставках армянской электроэнергии в энергодефицитные регионы Турции», - отметил Давтян.

Чем заменить АЭС?

Эксперты также затронули вопрос о том, как Армения может заменить атомную энергетику в случае закрытия АЭС.

По словам Марджаняна, Армянская АЭС - это в первую очередь гарантированная генерирующая мощность (ГГМ) и только потом - источник энергии. Именно дефицит ГГМ - основная проблема армянской энергетики. Именно ГГМ - основа энергетической безопасности республики и залог ее развития в долгосрочной перспективе. Ни солнечная, ни ветровая энергетика, ни малые ГЭС таковыми не являются. И не могут служить в качестве замещающей АЭС мощности в силу своей природы.

Для Армении таковыми являются либо новый атомный блок (это, кстати говоря 2-ой принцип и требование государственной энергетической стратегии, одобренной президентом страны в 2015г.). Либо большие ГЭС с водохранилищами многолетнего регулирования. И ничего более»,- заявил эксперт.

Заметив также, что Армения может найти средства и успеть построить новый энергоблок АЭС до закрытия старого, но для этого нужна воля и дисциплинированность.

В свою очередь Давтян уверен, что Армения при необходимости сможет найти замену мощностей АЭС. «Например, согласно исследованиям, энергетический потенциал водных ресурсов Армении при его максимальном использовании может обеспечить до 60% генерации с учетом спроса. С другой стороны, можно увеличить поставки газа извне и пустить наши ТЭС на полную мощность.

Но будет ли в этом необходимость, учитывая понижающийся спрос на внутреннем рынке? К сожалению, армянский рынок может сегодня обойтись без АЭС, однако ее консервация без начала строительства нового блока неизбежно приведет к отказу от энергоизбыточности как базового принципа, следование которому крайне важно для активизации экспорта в будущем. Активизация же экспорта неизбежно приведет к понижению тарифов на внутреннем рынке. Разумеется, в данном вопросе необходимо прежде всего политическое решение, строящееся на долгосрочном стратегическом планировании, а не на текущих потребительских реалиях», - сказал он.

P.S. Что касается политического решения, то вопрос строительства новой АЭС грозит повторить судьбу другого стратегически важного инфраструктурного проекта, включенного в предвыборные программы президента Сержа Саргсяна – строительства железной дороги Армения-Иран. Однако если без данной железной дороги республика обходится, то в случае с АЭС придется думать, как заменить производимую ею дешевую электроэнергию (не говоря уже о вопросе энергетической безопасности).

На данный момент благодаря помощи России (270 миллионов долларов кредита и 30 миллионов долларов в качестве гранта) армянская сторона занимается продлением сроков эксплуатации второго энергоблока АЭС до 2026 года.

Хочется надеяться, что, хотя бы в этом вопросе решение будет найдено. И Армения до 2026 года получит новую АЭС. Власти в лице вице-премьера Ваче Габриеляна озвучили новую дату строительства АЭС – теперь 2023 год.

Айк Халатян (Ереван)

Поделиться: