Скандалы в благородном пенсионном фонде

6 января, в самый разгар новогодних каникул, был задержан председатель правления ЕНПФ Руслан Ерденаев и его заместитель. Этот арест, инициированный Департаментом комитета национальной безопасности по городу Алматы, вписался в череду скандальных задержаний начала года. Тучи над ЕНПФ сгущались задолго до этого – еще в конце прошлого года ДКНБ по г. Алматы инициировал проверку в фонде, связанную с покупкой акций ТОО «Бузгул Аурум». Любопытно, что, хотя прошел почти год с момента задержания топ-менеджмента ЕНПФ, дело Ерденаева сотоварищи так и не дошло до суда.

С этого момента внимание общественности было приковано к инвестиционной деятельности ЕНПФ – что вполне объяснимо, ведь система обязательных пенсионных сбережений сковала казахстанцев «единой цепью» прочнее любой гражданской идеологии.

Бурную реакцию общества, к примеру, вызвало предложение министерства по инвестициям и развития направить 50 млрд тенге из ЕНПФ на субсидирование железнодорожного машиностроения. В связи с этим экономист Айдархан Кусаинов призвал чиновников не путать «пенсионные деньги с бюджетной казной».

Однако, как оказалось, эти предостережения, также как и попытки ввести общественный контроль над средствами ЕНПФ, были запоздалыми. Как выяснилось, топ-менеджмент фонда уже успел разместить часть пенсионных накоплений казахстанцев в не самые качественные активы.

В мае стало известно о банкротстве крупнейшего банка Азербайджана МБА, в который ЕНПФ инвестировал 71,3 млрд тенге. И хотя в результате переговоров правительство Азербайджана дало гарантии возврата средств ЕНПФ посредством реструктуризации долга и обмена старых облигаций азербайджанского банка на новые, казахстанские экономисты, в частности, директор Центра прикладных исследований «Талап» Рахим Ошакбаев констатировал, что «потеря части пенсионных накоплений казахстанцев неизбежна».

Приход Кайрата Келимбетова, некогда инициировавшего создание ЕНПФ, в совет директоров фонда после этой череды скандалов выглядел вполне логичным оргвыводом. Как отметил Данияр Ашимбаев, «создателю и карты в руки».

Вероятно, Келимбетову удалось навести порядок в фонде, поскольку после его водворения в нем, ЕНПФ перестал мелькать в информационной ленте по скандальным поводам.

 

ЭКСПО надежды нашей

Проведение Всемирной выставки ЭКСПО-2017 в Астане стало одним из ярких и позитивных событий 2017 года. Несмотря на пессимистичные оценки и прогнозы организаторам удалось добиться хороших показателей посещаемости – по итогам трех месяцев работы выставки она составила почти 4 млн человек. Наплыв внутренних туристов, а также гостей из ближнего зарубежья в Астану заставил воспрянуть духом туристический, гостиничный и ресторанный бизнес в столице и поверить в перспективы развития туризма в Казахстане. Предприниматели даже обратились к председателю правления компании «Астана ЭКСПО 2017» Ахметжану Есимову с просьбой продлить этот «праздник жизни» еще на два месяца, до ноябрьских холодов.

Иной вопрос – окупаемость выставки, на которую было потрачено почти 600 млрд тенге или порядка 2 млрд долларов. Подробного отчета об «отбитых вложениях» нацкомпания-оператор выставки так и не предоставила. Не дало астанинское ЭКСПО, темой которого была избрана энергия будущего, и ощутимого толчка для развития альтернативной энергетики в республике. По данным KEGOK, с 2015 по 2016 год доля нетрадиционных возобновляемых энергоресурсов (ВЭС и СЭС) в выработке электроэнергии в Казахстане увеличилось только на две десятые процента - с 0,2% до 0,4%. Большая часть электроэнергии в республике – 79,4% – по-прежнему, вырабатывается ТЭС, при этом в структуре топливного баланса электростанций РК доля угля составляет 75%.

 

Нестабильный тенге

Курс тенге в 2017 году дал казахстанцам немало поводов для треволнений. Начиная с ноября 2016 года национальная валюта по отношению к доллару укреплялась, достигнув в мае максимального значения – 310 тенге за доллар.

Однако в августе – сентября тенге ослаб до 340 тенге за доллар, вызвав новую волну панических слухов: якобы по окончанию ЭКСПО правительство и Нацбанк перестанет поддерживать национальную валюту и курс обрушится до 400 тенге за доллар. Национальный Банк в этой ситуацию избрал единственно верную пиар-стратегию: осуждения «девальвационной истерии» и диванных экспертов, пророчащих обвал тенге.

К концу года тенге стабилизировался и дискурс «доллар 400 тенге – крах казахстанской экономики» потихоньку сошел на нет.

 

Топливный кризис

В конце сентября – начале октября в Казахстане разразился традиционный для осеннего сезона топливный кризис. Сначала с сенсационным заявлением выступил национальный авиаперевозчик «Эйр Астана» - компания сообщила, что регулярное авиасообщение в Казахстане находится под угрозой срыва из-за критической ситуации на рынке авиатоплива. Авиаперевозчик предупредил, что имеющихся запасов керосина хватит только на первую неделю октября.

Как выяснилось, отечественный рынок авиатоплива на 70% зависит от поставок из России, что для нефтедобывающей страны выглядит парадоксально.

Судя по реакции Минэнерго профильному ведомству не понравилось, что национальный авиаперевозчик «выносит ссор из избы». В частности, вице-министр энергетики Асет Магауов едко заметил, что компании «Эйр Астана» не мешало бы консультироваться с министерством, прежде чем делать «громкие заявления».

С наступлением октября кризис охватил весь топливный рынок: в Алматы, а затем и в Астане бензин начали отпускать только по талонам, некоторые заправки закрылись, бензин подорожал. Тут уже Минэнерго не смогло отрицать проблему, тем более его собственная причастность к ее возникновению – а именно неумение спрогнозировать спрос и принять меры по созданию запасов топлива – была очевидна.

Часть ответственности также легла на национальную компанию «КазМунайГаз» как владельца всех трех казахстанских нефтеперерабатывающих заводов, работа которых была поочередно приостановлена из-за ремонта и модернизации мощностей в самый разгар уборочной кампании.

По итогам разбора полетов, именно эти две энергетических ведомства понесли наказание. Премьер-министр Бакытжан Сагинтаев уволил Асета Магауова и внес президенту представление об объявлении выговоров министру Канату Бозумбаеву и председателю правления «КазМунайГаза» Сауату Мынбаеву, а также об отставке зампреда нацкомпании Данияра Берлибаева.

По мнению же политолога Данияра Ашимбаева, этим кризисом умело воспользовались для передела сфер влияния на топливно-энергетическом рынке, а именно для того, чтобы оттеснить людей из команды председателя Ассоциации Kazenergy и главы президиума НПП «Атамекен» Тимура Кулибаева – к которым традиционно относят и Магауова, и Берлибаева, и Мынбаева.

Жанар Тулиндинова (Астана)

Поделиться: