В последнее время в западных СМИ нагнетается саспенс относительно предполагаемого транзита власти в Казахстане. В начале октября в журнале The National Interest, который принято считать выразителем взглядов консервативного крыла американского истеблишмента, была опубликована статья, предрекавшая, что процесс передачи власти в Казахстане может обернуться серьезным политическим кризисом. А буквально на днях издание The Diplomat озаботилось тем, кто возглавит пост-назарбаевский Казахстан, и проанализировало шансы возможных преемников действующего президента. Что стоит за тревожной, довольно недружественной и в целом провокативной тональностью подобных публикаций? 

 Отметим, что статья в The National Interest говорит о транзите власти в сослагательном наклонении и делает акцент на том, что созданная президентом Казахстана политическая система неустойчива и не готова к «испытанию транзитом». Автор публикации указывает на то, что «Назарбаев играет важную роль как создатель и гарант суверенитета Казахстана, однако он так и не смог создать политические и культурные институты, на которые опиралась бы страна в постназарбаевскую эпоху». В статье, опубликованной в The Diplomat, внимание приковано главным образом к вероятным преемникам президента. «В 78 лет Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев является старейшим руководителем региона. Естественно, домыслов о преемнике предостаточно», - пишет автор публикации, американская исследовательница Натали Холл.  По мнению эксперта, во избежание «драматических сценариев смены режима, дестабилизирующей путаницы и жестокой борьбы за власть» те, кто находится на верху властной пирамиды в Казахстане, заключат консенсус, дабы «обеспечить собственное выживание. «По этой причине, скорее всего, преемник Назарбаева будет кем-то близким к нынешней верхушке, входящим во многие существующие сети, члены которых не будут слишком заинтересованы в радикальных изменениях», - пишет Холл.  Отбраковав по разным причинам кандидатуры спикера Сената Касым-Жомарта Токаева, председателя КНБ Карима Масимова, посла Казахстана в России Имангали Тасмагамбетова, дочери президента, сенатора, председателя комитета по международным отношениям, обороне и безопасности Дариги Назарбаевой, автор называет в качестве наиболее вероятного претендента на статус преемника бизнесмена, председателя правления НПП «Атамекен» Тимура Кулибаева. Правда, Холл упускает из виду недавние поправки в конституционный закон «О выборах», согласно которым кандидат на пост президента должен иметь не менее чем пятилетний опыт работы на госслужбе. А у г-на Кулибаева такового нет.  Трудно сказать, что рассуждения американской исследовательницы о фигуре преемника казахстанского президента имеют высокую познавательную значимость, вследствие ее очевидной неосведомленности в нюансах вопроса. Любопытно другое: почему западные медиа и Think Tank столь последовательно нагнетают тревожные ожидания относительно пока еще очень гипотетического транзита власти в Казахстане? Отметим, что хотя The Diplomat и не относиться к академическим изданиям, однако имеет четкую специализацию на странах Азии и отражает, по замечанию доцента кафедры международных отношений и внешней политики России Саратовского государственного университета Дениса Алексеева, «взгляды консолидированного западного академического и журналистского сообщества на процессы, происходящие в Азии». Реинкарнация Кремлинологии  Денис Алексеев указывает на то, что интерес к транзиту власти в Казахстане на Западе вполне естественен:  «Как известно, президентские выборы в Казахстане должны пройти в 2020 году. Чем ближе мы к этой дате, тем больше будет проявляться в западных СМИ статей подобного рода – о том, какая сложится конфигурация власти в результате транзита, какая будет расстановка сил на политическом Олимпе и т.д. Причем подобный интерес проявляется не только к Казахстану. Транзит власти в любой из стран постсоветского пространства будет занимать умы экспертов и политических обозревателей особенно сильно, поскольку, к сожалению, в наших странах пока не сложилось уверенной и стабильной системы передачи власти», - поясняет эксперт.  Д. Алексеев указывает на то, что в постсоветских государствах процесс транзита власти является достаточно непредсказуемым, поскольку институты, которые могли бы выступать гарантами бесконфликтной передачи полномочий, пока еще не вполне сложились.  «Поэтому вопросы транзита власти в наших странах становятся объектом спекуляций, продуцирования разного рода конспирологических теорий – у кого шансы в борьбе за власть выше, кто одержит победу и т.д.», - отмечает российский эксперт.  По мнению Д. Алексеева, ажиотаж вокруг темы передачи власти в постсоветских странах похож на реинкарнацию таких популярных в годы Холодной войны дисциплин западной политологии, как Кремлинология или Советология.  «Тогда по различным неформальным критериям и признакам – условно говоря, как стоят члены Политбюро на трибуне мавзолея во время парада, в какой последовательности они выходят, кто с кем взаимодействует – эксперты строили предположения, что происходит в советской политической системе, кто более влиятелен, делались выводы относительно того, как принимаются решения и кто унаследует власть. Поскольку очевидных механизмов передачи власти не было. То же самое в какой-то мере относится и к процессу смены лидеров государств на постсоветском пространстве. Когда нет очевидных и понятных критериев и четких механизмов передачи власти, начинаются разного рода домыслы и спекуляции», - подчеркивает Д. Алексеев.  Как связаны «десоветизация» и транзит власти? Политолог и публицист Айгуль Омарова считает, что за столь неподдельным интересом к процессу транзита власти в Казахстане стоит желание Запада «перетянуть Казахстан на свою сторону». Именно поэтому западный истеблишмент настолько сильно интересует вопрос, кто придет на смену действующему президенту.  «Нужно подчеркнуть, что второй президент уже не будет иметь таких полномочий, как Первый президент – Лидер нации. Тем не менее, очевидно, что он сохранит достаточно большое влияние на внутреннюю и внешнюю политику. В связи с этим страны-партнеры и инвесторы Республики Казахстан интересует, кто же придет на смену Нурсултану Абишевичу», - поясняет А. Омарова. Примечательно, что ажиотаж вокруг темы транзита власти в западных медиа сопровождаются неожиданно активизировавшимися в политическом и общественном пространстве Казахстане призывами к «десоветизации» и «декоммунизации». Памятуя о том, что действующий президент Нурсултан Назарбаев является одним из последних лидеров-коммунистов на постсоветском пространстве, трудно не задаться вопросом: есть ли какая-то взаимосвязь между требованиями «десоветизации» и публикациями в западных СМИ, столь настойчиво провожающими казахстанского президента на покой?  «Согласна с такой постановкой вопроса, но не приемлю слова «провожающими казахстанского президента на покой». Не могу себе представить главу государства на пенсии, настолько он деятелен на протяжении всей своей жизни. Думаю, что и после отставки он найдёт, чем заниматься. Но вернёмся к вашему вопросу. Да, я считаю, что многие процессы, которые происходят сегодня в Казахстане, очевидно режиссируются извне. Напрямую говорить об отстранении президента от власти «режиссеры» этих процессов, конечно, не могут, поскольку вся полнота власти объективно находится в руках президента, и они понимают, что прямые призывы к смене власти чреваты для них последствиями. В связи с этим они действуют исподтишка. Вся эта истерия в социальных сетях по поводу 9 мая, 100-летия комсомола и голодомора – это все звенья одной цепи, составляющие одного сценария, который направлен против президента страны», - считает А. Омарова.  Публицист указывает на то, что президент Казахстана – интернационалист до мозга костей.  «В то же время он националист в лучшем смысле этого слова, а не в том, которое имеют в виду наши нацпаты. Таким он был всегда – и в советское время, и сейчас. Очевидно, что антисоветская истерия направлена на ослабление авторитета главы государства. И те, кто «режиссируют» этот спектакль, даже не задумываются о том, что Казахстан – это не Кыргызстан и не Украина. И последствия подобных процессов могут быть куда более тяжелыми, в том числе для тех, кто стоит за этим «режиссированием», - заключает А. Омарова.

Жанар Тулиндинова

Поделиться: