Так сложилось, что каждую весну, начиная с переворота 2005 года, кыргызстанцы ждут с разной степенью тревоги. Дело в том, что в стране сохраняются несколько условий и факторов, создающих и поддерживающих определенную нестабильность.

Если непредвзято обратиться к фактам осуществлённых переворотов и серьёзных социальных потрясений последнего десятилетия в различных странах и интерпретировать их через реальную деятельность, то можно увидеть несколько главных факторов, необходимых для возникновения революционной ситуации. Причём весьма важно понимать, что под революцией стали понимать не смену социального строя, но, прежде всего, обрушение власти с тенденцией к распаду государства.

Значительная часть национальной интеллигенции в государствах, назначенных под революционные изменения, готова приветствовать ломку надоевшей всем коррупционной государственной машины, хотя изменений можно было достичь и другим путём. Алексис де Токвиль утверждал, что Французская революция не привела к собственно революционным изменениям в обществе, а просто быстро доломала то, что и так само бы ушло естественным путём. А вот радужные надежды т.н. «креативной интеллигенции» на разумный ход дальнейших изменений, в революции обычно не оправдываются, и в какой-то момент борцы с коррупцией оказываются перед силой, уничтожающей уже саму национальную государственность и суверенитет, чего никак не ожидали до начала событий. Такова судьба всех «майданов» в последние годы.

Можно насчитать три фактора революционной ситуации:

1) Раскол элиты;

2) Кризис в экономике и социальный кризис;

3) Внешнеполитические неудачи и внешние воздействия.

Рассмотрим по-порядку.

Во-первых, в Кыргызстане по разным основаниям отсутствие целостности элит имеет место; это постоянное состояние. Чаще всего называют раскол на «северные» и «южные» элиты. Дело во многом в том, что ресурсов на всех в стране, не способной произвести простые продукты в достаточном количестве, не напасёшься. Поэтому возникают и воспроизводятся две группы внутри элит: первая - претендующие на властную ренту, вторая - обделённые ресурсами власти. Здесь руководству надо смотреть за количеством таковых и в той, и в другой группе, чтобы оно не превысило критическую массу.

Отсюда – вроде бы и раскол в элите есть, столкновение между президентом и экс-президентом очевидно проявлено, имеется критика нового лидера прежними и частью северных элит, есть и злопыхательство «в спину» нынешнему президенту. Но подлинный раскол весной 2019 г. находится ещё в стадии формирования. Возможно, раскол элит станет реальностью только когда определится судьба конфликта между президентской командой и группой, составлявшей окружение А. Атамбаева.

Претензии к экс-президенту имеют различные политические силы, о чем свидетельствуют судебные иски со стороны нескольких лидеров, причем судом удовлетворенные. Многие стремятся высказать свои претензии к команде бывшего президента. Идут суды по коррупции, называются новые имена бывших руководителей, которых требуется привлечь к ответственности. Ставятся вопросы об освобождении ранее осужденных лидеров политических сил, например, Омурбека Текебаева. Вышедший на свободу из мест заключения экс-депутат Жогорку Кенеша от партии СДПК Кубанычбек Кадыров заявил: судя по высказываниям А. Атамбаева и его сторонников, республику ждёт дестабилизация.

Однако всё это показатели приближающейся кампании по выборам в Жогорку Кенеш КР. Раскол элиты не приобрел характер жесткого политического противостояния, хотя предпосылки к формированию такого положения вещей всегда наличествуют.

Здесь, правда, следует сделать замечание «на полях»: в стране всегда имеются лидеры, которые действуют исходя исключительно из внутреннего импульса и само-убежденности в своей победе. Поэтому нельзя исключать возможность неожиданного и резкого изменения ситуации из-за ментальных проблем неадекватной оценки её тем или иным лидером, особенно влекомым на политический ринг чувством обиды. Поводов к подобному выступлению несколько: это и очередные годовщины весенних переворотов – мартовского и апрельского. Это предстоящий съезд партии СДПК с ожидаемой жёсткой критикой «предателей» общего дела. Это могут быть решения извне по активизации и мобилизации спящих политизированных НКО.

Во-вторых, сохраняется еще один постоянный фактор нестабильности. Деградация экономики страны с 90-х гг. прошлого века сопровождалась изменением социальной структуры. При остановке и растаскивании советских заводов, молодые инженеры и рабочие лишились возможности получить гарантированные рабочие места в престижных сферах. Оставшиеся в стране в большинстве своем пополнили социальную группу имеющую название «субпролетарии». В лучшем случае они могут претендовать на сезонные работы в сельском хозяйстве, строительстве или туризме. Чаще всего, они торгуют на рынках перепродажи китайских и турецких товаров, уезжают в трудовую миграцию, нанимаясь на работы, которыми пренебрегает местное население. Пролетариат в прошлом был т.н. «негативным классом»; теперь эту роль выполняют субпролетарии, не имеющие ничего, кроме готовности подработать на любых видах деятельности: от строительства, до стояния на майдане в протестах.

Как фактор нестабильности следует учитывать, что часть интеллектуальной элиты, которая объявляет себя «креативным классом», и которая готова сыграть в революционных событиях значительную роль, вопреки здравому смыслу и элементарному чувству безопасности, соединяется с субпролетариями в стремлении нанести удар государству как таковому. Это общий фактор, но в данный момент он не проявляется.

Экономическая ситуация в стране нелёгкая, как и все последние годы. Об этом много пишется, и тому масса свидетельств. Одно из последних касается вопросов энергетики. Из-за низких тарифов энергокомпании находятся в плачевном состоянии. Об этом на заседании парламентской фракции СДПК сообщил первый вице-премьер-министр КР Кубатбек Боронов. Без генерации дополнительной электроэнергии реализовать поставленные задачи невозможно. Это проявило недальновидность и ошибочность резких решений прежнего руководства по денонсации соглашений о строительстве комплекса ГЭС на р. Нарын.

Низкие тарифы и отсутствие других источников финансирования привели к тому, что энергетические компании оказались в плачевном состоянии. Потребление электроэнергии растёт, и растут потери распределительных компаний. Последние пытаются сократить потери электроэнергии за счёт установки умных счетчиков. Однако растут и долги компаний, поскольку себестоимость электричества составляет 1,4 сома, а население платит в 2 раза меньше.

При этом тарифная реформа зависла ещё со времен прежних президентов. Новую тарифную политику введут уже в этом году, поскольку сроки старой истекли. Так заявляет директор Государственного агентства по регулированию топливно-энергетического комплекса и недропользованию Таалайбек Нурбашев. Однако следует помнить: попытка повышения тарифов на электроэнергию в 2010 году была одним из пусковых механизмов свержения президента Бакиева. Поэтому вице-премьер-министр К. Боронов заявляет, что повышения тарифов на свет и тепло не будет.

Следовательно, выход будут искать на путях поддержки у своих главных внешнеполитических партнёров – России и Казахстана, которые становятся главными факторами стабилизации в экономике.

В-третьих, внешнеполитические неудачи прежнего правления сменились успешной стабилизацией отношений Кыргызстана с партнерами и соседями. Нерешенность вопросов границ на юге страны сохраняет возможность отдельных проявлений конфликтности, но не является уже фактором усиления напряженности в отношениях. Более того, президент Жээнбеков в целом успешно работает на внешнеполитическом направлении. В случае достижения ожидаемых результатов предстоящего визита в Кыргызстан президента России Владимира Путина, это будет конвертировано в укрепление внутриполитических позиций С. Жээнбекова.

Таким образом, политические катаклизмы весной 2019 года представляются маловероятными. Стабилизирующий ситуацию визит Президента Путина, затем - подготовка к проведению заседания ШОС в Бишкеке, переводят политическую борьбу в форму подспудного противостояния в элитах, и подготовки к предстоящим выборам. Поэтому основные события следует отнести уже к политической осени.

Сергей Масаулов

Поделиться: